Теперь ученостью он толковать их стал.

Бывало, лишь глупцы его не понимали,

А ныне разуметь и умные не стали;

Дом, город и весь свет враньем его скучал.

В метафизическом беснуясь размышленьи

О заданном одном старинном предложеньи:

Сыскать начало всех начал,

Когда за облака он думой возносился,

Дорогой шедши, оступился

И в ров попал.

Отец, который с ним случился,

Скорее бросился веревку принести,

Домашнюю свою премудрость извести;

А думный, между тем, детина,

В той яме сидя, рассуждал:

«Какая быть могла причина,

Что оступился я и в этот ров попал?

Причина, кажется, тому землетрясенье:

А в яму скорое стремленье —

Центральное влеченье,

Воздушное давленье…»

Отец с веревкой прибежал.

«Вот», говорит, «тебе веревка: ухватися.

Я потащу тебя; смотри, не оборвися».

— Нет, погоди тащить; скажи мне наперед:

Веревка вещь какая?

Отец хоть был и не учен,

Да от природы был умен.

Вопрос дурацкий оставляя,

«Веревка вещь», сказал «такая,

Чтоб ею вытащить, кто в яму попадет».

— На это-б выдумать орудие другое.

А это слишком уж простое.

«Да время надобно», отец ему на то:

«А это, благо, уж готово».

— А время что?

«А время вещь такая,

Которую с глупцом не стану я терять.

„Сиди“, сказал отец, „пока приду опять“.

Что, если бы вралей и остальных собрать,

И в яму к этому в товарищи послать?..

Да яма надобна большая!

ЧУЖАЯ БЕДА

Ужли чужой беде не должно помогать?

Мужик вез сена воз на рынок продавать.