Которого, сосед сказал,
Не сел бы сам, а ей бы дал,—
И костью с нуждою случится
Собаке в праздник поживиться.
Спать—хуже прежнего спала,
А сверх того еще привязана была.
И поделом: зачем сбежала?
Вперед, собака, знай, когда еще не знала,
Что многие умеют мягко стлать,
Да жестко спать.
Собаки добрые с двора на двор не рыщут
И от добра добра не ищут.
ВЕЛИКАН И КАРЛИКИ
Купались карлики. К ним великан пришел,
Который тож хотел
Купаться,
Да видит, для него река
В том месте, где они купаются, мелка.
Их спрашивать и добиваться:
Не знают ли, где глубина?
„Поди туда“, ему сказали:
„Вот там она“.
И место указали.
Однако же, река
Для великана все мелка,
Чтобы купаться.
Еще у них он добиваться!
„Ну!“ говорят: „так там такая глубина,
Что не найдешь и дна!
Мы через это место плыли“.
Но, все, где карлики и дна не находили,
В брод переходит великан.
Иному и в делах лужайка—океан.
ВОЛЧЬЕ РАССУЖДЕНЬЕ
Увидя волк, что шерсть пастух с овец стрижет,
„Мне мудрено“, сказал: „и я не понимаю,
Зачем пастух совсем с них кожу не дерет.
Я, например, так я всю кожу с них сдираю
И то-ж в иных дворах господских примечаю.
Зачем бы и ему не так же поступать?“
Слон, волчье слыша рассужденье,
„Я должен“, говорит, „тебе на то сказать:
Ты судишь так, как волк, а пастухово мненье-
Овец своих не убивать.
С тебя, да и с господ иных примеры брать,
Не будет, наконец, с кого и шерсть снимать“.