ДВОРОВАЯ СОБАКА.

Жила у барина собака на дворѣ

Въ такомъ довольствѣ и добрѣ,

Въ какомъ, бывало, жилъ чернецъ въ монастырѣ,

Всего же болѣ,

Что жить могла на волѣ.

Сосѣдъ, который въ домъ къ боярину ходилъ,

Собаку эту полюбилъ,

Да какъ достать ее, не знаетъ:

Просить боярина объ ней онъ не хотѣлъ,

Украсть ее — бездѣльствомъ счелъ.

"Нѣтъ, надобно", онъ разсуждаетъ,

"Скромнѣе поступить,

И тонкимъ образомъ собаку ту сманить".

Бездѣльство тонкое бездѣльствомъ не считаетъ,

И всякій разъ, когда, бывало, ни придетъ,

Рѣчь о собакѣ заведетъ:

При ней самой ее какъ можно выхваляетъ,

А барину пенять начнетъ,

Что содержаніе ей у него худое:

"Нѣтъ, у меня житье ей было-бъ не такое;

Иного я куска и самъ бы ѣсть не сталъ,

Да этой бы собакѣ далъ;

Всегда бы спать съ собою клалъ.

А у тебя она лишь кости подбираетъ

И какъ случится спитъ!"

Все, что сосѣдъ ни говоритъ,

Собака правдою считаетъ

И думаетъ: "Что? можетъ быть, и впрямь

Еще мнѣ лучше будетъ тамъ,

Хоть хорошо и здѣсь… отвѣдать бы пуститься;

А худо — и назадъ, вѣдь, можно воротиться".

Подумала, да и съ двора долой,

Къ сосѣду прямо прибѣжала.

Живетъ дней нѣсколько, и мѣсяцъ, и другой,

Не только что куска того не получала,

Котораго, сосѣдъ сказалъ,

Не съѣлъ бы самъ, а ей бы далъ, —

И костью съ нуждою случится 13

Собакѣ въ праздникъ поживиться.

Спать — хуже прежняго спала,